Малая станица пешком: наличники, палисадники и деревянный собор

Город за заборами

Представьте тихую улицу в будний день, в начале октября. Вдоль неё одноэтажные дома за невысокими заборами: у одного ставни голубые, у другого зелёные с белой каймой, у третьего краска облупилась, и сквозь неё проступает прежний цвет, коричневый, как кора. Над заборами свисают ветки яблонь, и спелые яблоки лежат прямо на тротуаре, в пыли, рядом с крышкой от пластиковой бутылки. Где-то за воротами лает собака, без злобы, для порядка. Мимо проходит женщина с сумкой из магазина, здоровается с соседкой у калитки, и они обсуждают, когда отключат воду. Это Малая станица, район недалеко от центра, который официально стал частью города только в 1962 году, а до этого жил своей станичной жизнью. Высотки видны отсюда на горизонте, как другой город, и кажется, что до них не расстояние, а несколько десятилетий.

Эта прогулка — про то, как увидеть старый Алматы не в музее, а в окнах. Встречаемся у собора в Панфиловском парке, переезжаем в Малую станицу на такси или автобусе, начинаем у деревянного Казанского собора на Халиуллина и идём по улицам района: Халиуллина, Татибекова и переулкам между ними. Около двух с половиной часов вместе с переездом; это гипотеза, точнее скажем при записи. Главное правило одно: дома здесь частные, в них живут люди, и мы смотрим только с улицы.

Где кончается город и начинается станица

По дороге Валентин рассказывает, откуда взялось название. Город Верный начинался с укрепления и казачьих станиц, а Малую станицу, по материалам WEproject и Krisha.kz, переселенцы стали обживать в 1870-х годах. Официальных границ у района нет и сегодня, но их описывают условно: улица Шакшак Жанибек, бывшая Добролюбова, проспект Рыскулова, правый берег Малой Алматинки и речка Жарбулак. До 1962 года район не входил в городскую черту, и здесь, по описанию Krisha.kz, были яблоневые сады. Алма по-казахски — яблоко, бау — сад, и сочетание «алма бауы», яблоневый сад, звучит здесь не как метафора, а как описание того, что лежит под ногами.

Представьте, как выглядит граница района, которой нет на картах. Вот проспект, по которому идут грузовики и автобусы, с остановкой, киоском и рекламным щитом. Вы сворачиваете в переулок, проходите двадцать шагов, и шум отступает: асфальт сменяется латаным, вдоль дороги тянется арык, у ворот стоит скамейка, на которой никто не сидит, но которую явно кто-то покрасил этой весной. Граница Малой станицы проходит не по линии на карте, а по звуку: там, где грузовики перестают быть слышны, а куры начинают.

Казанский собор: дерево, которое пережило землю

Первая большая точка — Казанский собор на улице Халиуллина, 45А. По данным Митрополичьего округа, нынешнее здание строили почти десять лет, с 1889 по 1898 год, по проекту архитектора М. Брусиловского, и освятили в 1901 году. Собор деревянный, крестообразный, восьмиглавый, стоит на каменном цоколе. У прежней церкви на этом месте долгая история: 25 ноября 1864 года казаки Большой и Малой Алма-Атинских станиц собрались на сход и решили её ремонтировать. В землетрясение 1887 года церковь пострадала частично, а сильнее — в 1911 году. Шіркеу по-казахски — церковь, и у этого шіркеу голубые стены, золотые купола и крыльцо под навесом, к которому ведут несколько ступеней.

У собора есть и другая страница истории, которую часто пересказывают неточно. Иногда пишут, что этот храм никогда не закрывали. По данным Митрополичьего округа, это не так: 22 марта 1934 года храм опечатали, и вернули верующим только 16 декабря 1944 года. Десять лет деревянное здание стояло под замком, и то, что оно дожило до возвращения, — уже само по себе история. Сохранилась фотография Казанского храма 1944–1945 годов, из книги о соборе, которую Митрополичий округ выложил в открытый доступ: купола без позолоты, деревья вокруг, у крыльца одинокая фигура.

Собор открыт ежедневно с 8:00 до 19:00 (проверено 2 октября 2026 года). Заходим внутрь, только если группа хочет, тихо и ненадолго; правила для посетителей уточняем у входа. Если не заходим, стоим у ограды и делаем одно упражнение: смотрим на собор минуту молча. Представьте, как это выглядит. Мимо проходит мужчина с пакетом хлеба, крестится на ходу, не замедляя шага. Голуби сидят на карнизе, как зрители на галёрке. Ветер шевелит листву, и в шуме листьев вдруг становится слышно, что дерево стен, нагретое солнцем, тоже живёт: потрескивает тихо, как старый паркет в квартире бабушки. Деревянный храм, переживший два землетрясения и десять лет под замком, не производит впечатления крепости. Он производит впечатление дома, в котором долго жили и который ещё долго будут беречь.

О том, как город жил и строился на разломе после 1887 и 1911 годов, — страница «Жизнь на разломе». О том, как в Алматы рядом живут разные дома молитвы, — «Три дома молитвы».

Ставни, наличники, палисадники

От собора идём по улицам района. По описанию Krisha.kz, здесь сохранились старинные жилые дома верненской эпохи с резными ставнями и наличниками, а WEproject пишет о домах с разноцветными ставнями, орнаментом и резьбой по дереву. Мы не называем номера домов и не останавливаемся у ворот надолго: смотрим на улицу целиком, как на длинную выставку под открытым небом, где каждая работа подписана только цветом краски. Ою-өрнек по-казахски — орнамент, узор, и у здешних ставней свой ою-өрнек: ромбы, завитки, солнце в четверть круга над окном, зубчатая кайма по краю наличника.

Представьте улицу Халиуллина в сентябре. Дом с голубыми ставнями, у которого над окном вырезано полукругом солнце, а под окном палисадник с мальвами выше человеческого роста. Рядом новый забор из профнастила цвета шоколада, за которым угадывается двухэтажный кирпичный дом, и над забором торчит спутниковая тарелка. Через дом снова старое: ворота из досок, выкрашенные в зелёный, с железным кольцом вместо ручки, и над ними виноградная лоза, которая перелезла с соседнего участка, не спросив разрешения. Қақпа по-казахски — ворота, и здешние қақпа рассказывают о хозяевах больше, чем любая табличка: кто-то красит их каждую весну, кто-то не красил двадцать лет, а кто-то повесил на них колокольчик для гостей.

Здесь главное упражнение прогулки — найти на одной улице три разных узора на ставнях и сделать кадр каждого так, чтобы в него не попали ни люди, ни номер дома. Задание кажется простым, пока не начнёшь: узоры повторяются, мастера, видимо, копировали друг друга или работали по одним образцам, и найти три по-настоящему разных бывает не легче, чем три одинаковые снежинки. Терезе по-казахски — окно, и к концу улицы группа начинает смотреть на терезе так, как смотрят на лица: с первого взгляда отличает строгое от весёлого, ухоженное от усталого.

Улица Татибекова и бывший «Экран»

Дальше идём к улице Татибекова и в переулки между ней и Халиуллина. Здесь тот же ритм: одноэтажные дома, сады за заборами, арыки вдоль дороги, деревья, которые старше большинства жителей. Осенью на тротуар падают яблоки, и, конечно, хочется поднять одно. Мы не поднимаем: это чужой сад, а в Малой станице сады до сих пор считают не декорацией, а хозяйством. Көрші по-казахски — сосед, и здесь соседи знают друг друга по воротам, по собакам и по тому, у кого раньше всех поспевает урюк.

На прогулке мы проходим и мимо здания бывшего кинотеатра «Экран». По описанию Krisha.kz, его переделали из Дома культуры, построенного в 1950 году. Что в здании сейчас, мы не проверяли и не обещаем, поэтому смотрим на него только снаружи, как на ещё одну страницу района: когда-то сюда по вечерам шли всей улицей смотреть кино, и это была главная премьера недели. Представьте летний вечер середины прошлого века: женщины в лёгких платьях, мальчишки, которые пытаются пройти без билета, мужчины, которые курят у входа до последнего звонка. Сегодня здесь та же улица, только билет на кино теперь в телефоне, а мальчишки пытаются пройти без билета в другие места.

1. Панфиловский парк15 минут

   Встречаемся у собора, коротко о станицах Верного.

2. Переездпо ситуации

   Такси или автобус в Малую станицу.

3. Казанский собор30 минут

   Деревянный храм 1898 года; минута тишины у ограды или внутри.

4. Улица Халиуллина40 минут

   Ставни, наличники, ворота; три узора.

5. Татибекова и переулки30 минут

   Сады, арыки, бывший «Экран» снаружи.

Что увидите, попробуете и снимете

Короткие ответы на вопросы, которые задают перед прогулкой. Увидите: деревянный Казанский собор, одноэтажные улицы Халиуллина и Татибекова, ставни, наличники, ворота, палисадники и сады, бывший кинотеатр «Экран» снаружи. Попробуете: минуту тишины у собора и игру «три узора на ставнях»; дегустаций на маршруте нет. Кафе и туалеты в Малой станице мы не проверяли и не называем; до или после прогулки — кофе в кофейнях, которые советует Валентин, Сериков кофейне, сети Ванила или SixCoffeeWine, а ближайшую выбираем по карте. Сколько идти: улицы ровные, но тротуары местами неровные или их нет, темп спокойный. Лучшие точки для фото: собор с улицы Халиуллина, ставни и ворота крупно, яблоки на тротуаре. Жильцов и номера домов не снимаем. Что купить на память: проверенных лавок в районе у нас нет; лучший сувенир — кадр трёх узоров и опавшее яблоко, если оно лежит на общей дороге, а не на чужом участке.

Если дождь, жара или мало времени

В дождь Малая станица становится ещё станичнее: арыки наполняются, вода журчит вдоль заборов, мокрые ставни темнеют, и цвета становятся гуще, как на старой открытке. Но тротуары в районе неровные, поэтому в сильный дождь сокращаем маршрут до собора и одной улицы и уезжаем в центр на такси. В жару идём по тени заборов и деревьев, пьём воду, которую берём с собой, и делаем паузу у собора, где деревья вокруг дают густую тень. Если времени только час, едем сразу к собору и проходим одну улицу Халиуллина.

С детьми от шести лет прогулка идёт легко: для них игра «три узора на ставнях» превращается в охоту, и дети обычно находят узоры быстрее взрослых, потому что смотрят ниже и внимательнее. Попросите ребёнка придумать, кто мог вырезать солнце над окном, — получится рассказ, который лучше любой экскурсионной справки.

Кому и что входит

Прогулка — первый набор. Валентин гуляет по городу с друзьями и знакомыми четыре года и водит по всем районам Алматы, не только по центру; открытые прогулки начинаются сейчас, отзывов пока нет, и блока отзывов на странице нет. Группа — от одного до десяти человек, дети от шести лет, на русском или английском. В прогулку входят сама прогулка, рассказы, игра с узорами и фотосессия на улицах: после прогулки Валентин отдаёт участникам от 100 до 300 кадров в течение одной-двух недель, срок зависит от загруженности и объёма прогулки. Такси или автобус и кофе каждый оплачивает сам. Отменить или перенести можно за двое суток на любых условиях. Прогулка начинается не раньше семи утра и заканчивается до 23:00.

Город после землетрясений 1887 и 1911 годов — «Жизнь на разломе». Храм, мечеть и синагога рядом — «Три дома молитвы». Кто жил за окнами старых домов центра — «Кто жил за окном». Парк, который старше города, — «Парк старше города». Все маршруты Валентина — «Прогулки».

Что останется

Через неделю вы снова в центре, среди стекла и бетона, ждёте зелёного на перекрёстке, и взгляд сам собой цепляется за окно старого дома между двумя высотками. Над окном резной наличник, краска облупилась, и сквозь голубую проступает коричневая. Вы узнаёте узор: такой же был на Халиуллина, третьим в вашей коллекции. Зелёный загорается, люди вокруг идут, а вы ещё секунду стоите и вспоминаете тихую улицу, яблоки на тротуаре, лай собаки за воротами и голубые стены деревянного собора, который пережил землю и замок и стоит.

Первый шаг: найдите на своей улице одно старое окно с наличником и сделайте его кадр без людей.

Эта прогулка подойдёт вам, если

• вам интересно, как выглядел город до бетона и стекла
• вы любите разглядывать окна, ворота и палисадники
• вы спокойно относитесь к короткому переезду на такси или автобусе

А если вы ищете другое

• вы ждёте музей под открытым небом с табличками: здесь живут люди, и дома частные
• вам нужен вход внутрь старых домов: мы смотрим только с улицы
• вы хотите прогулку после 23:00: Валентин в это время не водит

Стоимость

Маленькие хитрости

1. Наденьте обувь, которой не жалко: тротуары в районе неровные, а кое-где их нет вовсе.
2. В собор заходим, только если группа хочет, и тихо; правила для посетителей уточняем у входа.
3. Окна снимайте так, чтобы в кадр не попадали жильцы и номер дома: это чужая жизнь, а не декорация.
4. Если хозяйка у ворот спросит, что вы тут ищете, скажите правду: смотрим на ставни. Обычно после этого вам расскажут, кто их красил.
5. Осенью смотрите под ноги: яблоки из-за заборов падают прямо на тротуар, и собирать чужие — плохая примета для туриста и хорошая — для конфликта.