Собрание дома: прийти один раз и узнать, кто живёт над вами

Сосед, которого вы знаете по звуку

Представьте субботу, девять утра, квартиру на пятом этаже панельного дома где-то в Алмалинском районе. Над головой начинает работать перфоратор: три коротких очереди, пауза, длинная. Вы знаете этого соседа уже два года. Знаете, что он встаёт в семь, что у него тяжёлые шаги и собака, которая по вечерам скребёт когтями по ламинату. Знаете его по чату дома, где он подписан как «Кв 23» с аватаркой в виде горы и пишет короткие сообщения капслоком про протекающую крышу. Но если завтра вы столкнётесь с ним у почтовых ящиков, вы не узнаете его в лицо, а он не узнает вас. В том же чате дома двести с лишним сообщений про лифт за последний месяц, сорок про парковку и одно, закреплённое сверху, про собрание собственников в четверг в семь вечера во дворе. Вы читали его три раза и три раза решали не идти.

факт У этого четверга есть городская предыстория. Алматинские многоэтажки годами обслуживали КСК, кооперативы собственников квартир, а по новым правилам дома должны перейти к самоуправлению: создать ОСИ, объединение собственников имущества, или простое товарищество. Informburo приводил данные управления жилищной политики города: из 8 625 многоквартирных домов ОСИ создали 235, простые товарищества — около 325, всего 6–7%. Дата у материала на сайте не указана, но в нём говорится, что КСК могут работать до 22 июля 2022 года, так что цифры относятся ко времени до этого срока, и доля с тех пор могла измениться. Важнее цифр другое: решения о лифте, крыше и подвале постепенно переходят от управляющей конторы к самим жильцам. То есть к «Кв 23» с перфоратором, к вам и к тем, кто придёт в четверг.

Практика на этой странице — прийти один раз. Не стать председателем, не разобраться во всех тарифах, не победить в споре о парковке. Прийти на собрание дома вживую, выслушать повестку, задать один вопрос и узнать трёх соседей по имени.

Почему чат не заменяет двор

факт В материале informburo о первой в Казахстане онлайн-регистрации ОСИ есть фраза инициатора, которую узнает любой, кто состоит в домовом чате: «Я собрала общедомовой чат, это был ад». По её словам, переписка была полна возмущения, жалоб и оскорблений, а на очное собрание пришли лишь десять процентов жильцов. В итоге дом зарегистрировал ОСИ через мобильное приложение, и выбор председателя занял дни, а не месяцы. Технология помогла проголосовать. Познакомиться она не помогла.

Наблюдение редакции: в переписке сосед становится аватаркой с восклицательными знаками. Его голос — это капслок, его лицо — гора на заставке, его настроение — три сердитых смайлика подряд. Человек, который во дворе сказал бы «слушайте, у меня опять течёт с потолка, давайте решать», в чате пишет «КОГДА ЭТО ЗАКОНЧИТСЯ???». Ответы приходят ночью, когда все устали, а спор о покраске подъезда к утру превращается в выяснение, кто здесь живёт дольше. Во дворе так не получается: собеседник стоит в метре от вас, в домашней куртке поверх свитера, с пакетом мусора в руке, и вы видите, что он устал от сломанного лифта ровно так же, как вы.

У казахского слова «көршілік» — соседство — есть оттенок, которого нет в русской «жилплощади»: это не адрес, а отношения. Старые алматинские дворы с общими столами под карагачами жили по этой логике десятилетиями. Новые дома часто живут в чате. Собрание — редкий момент, когда второй способ ненадолго превращается в первый.

Вечер: стулья, повестка и человек с папкой

Представьте четверг, без пяти семь, двор между двумя девятиэтажками. Кто-то вынес из подъезда три пластиковых стула и табуретку, на табуретке — папка с бумагами и ручка на верёвочке. Человек с папкой, судя по всему, председатель или старший по дому, сверяет список квартир. Подходят люди: пожилая женщина в вязаном жилете, двое мужчин в спортивных костюмах, молодая пара с коляской, женщина в деловом пальто, которая приехала прямо с работы и держит в руке ключи от машины. Наблюдение редакции: на первых собраниях почти всегда приходят меньше людей, чем пишут в чате, и почти всегда кто-то говорит «а где все?».

Встаньте не с краю, а в круг. Слушайте повестку: обычно это два-три пункта — лифт, крыша, взнос на ремонт, выбор подрядчика. Записывайте не цифры, а людей: кто говорит спокойно, кто горячится, кто молчит и кивает. Где-то на втором пункте начнётся спор. Мужчина в спортивном костюме скажет, что в прошлый раз деньги собрали, а лифт как скрипел, так и скрипит. Женщина в жилете ответит, что она живёт здесь с восьмидесятых и помнит, как было без лифта вообще. Председатель поднимет руку. Это нормальная часть вечера. Не вступайте, если вам нечего добавить по существу: задача первого раза — увидеть, кто есть кто.

Потом ваш вопрос. Один, уточняющий, без претензии: «А кто сейчас отвечает за крышу — ОСИ или ещё старая контора?» или «Где можно посмотреть, на что ушли взносы?» Такой вопрос делает вас видимым, но не ставит ни на чью сторону. Обычно после него кто-то из соседей поворачивается и говорит: «Вы из какой квартиры?» Это и есть начало знакомства.

Что дом теперь решает сам

Чтобы на собрании понимать, о чём спор, полезно знать, как устроена новая схема. факт По описанию informburo, переход к ОСИ проходит несколько шагов: жильцы собирают инициативную группу, голосованием выбирают председателя, оформляют протокол собрания, платят госпошлину и регистрируют объединение в органах юстиции; в доме из материала о первой онлайн-регистрации выбор председателя шёл неделю. После этого прежний КСК обязан передать новому объединению документы дома, и по правилам, которые приводит informburo, на это отводится три дня. На практике, как говорил изданию представитель городского управления жилищной политики, КСК отказывались передавать документы примерно в трети случаев, и жильцам приходилось идти в суд.

За этими процедурами стоят очень бытовые вещи. Кто нанимает уборщицу подъезда и сколько ей платить. Кто вызывает мастера, когда лифт встал между этажами. На что копить: на крышу, которая течёт третий год, или на домофон, который открывается от любого ключа. Кому отдавать ключ от подвала, где лежат трубы отопления. Раньше эти вопросы уходили в контору, куда звонили и где не брали трубку. Теперь они приходят во двор, к табуретке с папкой, и решаются голосами соседей.

Представьте, как это выглядит для человека, который просто хотел жить в своей квартире. Ещё вчера он платил по квитанции и не знал, кто такой председатель. Сегодня его просят проголосовать за подрядчика на ремонт кровли, сравнить две сметы и решить, нужен ли дому собственный дворник. Он открывает чат, видит сто сообщений и закрывает. Наблюдение редакции: именно поэтому живое собрание для новичка ценнее любого объяснения — за двадцать минут во дворе видно, какие вопросы на самом деле горят, а какие кипят только в переписке.

Не нужно разбираться во всём сразу. Достаточно понять три вещи: есть ли в вашем доме ОСИ или простое товарищество, кто председатель и где лежат протоколы прошлых собраний. Это и есть ваши вопросы на первый вечер, если не знаете, с чего начать.

Три имени — и что с ними делать

После повестки люди расходятся не сразу. Кто-то докуривает у подъезда, кто-то договаривает спор, молодая пара укачивает ребёнка. Это лучшие десять минут вечера. Подойдите к трём людям и представьтесь: имя и номер квартиры. Спросите их имена. Запишите сразу, в телефон или в блокнот, с номерами: «(имя), кв. 7, живёт здесь с восьмидесятых, помнит, как сажали карагачи»; «(имя), кв. 31, знает, как писать обращение в акимат»; «(имя), кв. 23 — та самая, с перфоратором, делает ремонт, извинилась». Имена здесь — ваши, настоящие; мы оставляем скобки, потому что выдумывать соседей не будем.

Наблюдение редакции: у звука из-за стены, у которого появилось имя, меняется громкость. Перфоратор в субботу в девять утра по-прежнему перфоратор, но если вы знаете, что за ним стоит соседка из двадцать третьей, которая к Новому году хочет успеть детскую, раздражение становится короче. А в следующий раз, когда в чате появится «КОГДА ЭТО ЗАКОНЧИТСЯ???», вы будете знать, какое лицо стоит за капслоком, и, может быть, напишете ему в личку, а не в общий чат.

Эти три имени — ваша маленькая сеть в доме. Через них вы узнаете, когда отключат воду, кто может полить деревья, пока вы в отпуске, и кому позвонить, если из-под двери соседей пошёл дым. Город, в котором соседи знают друг друга, устойчивее города, где все только читают общий чат, — это понятно любому, кто хоть раз ждал аварийку в два часа ночи.

Если собраний не бывает

Во многих домах собраний нет годами: КСК ещё работает, ОСИ не создано, а чат живёт сам по себе. Тогда практика делается в другом порядке. Найдите в чате закреплённое сообщение или спросите прямо: «Кто у нас старший по дому?» Предложите короткую встречу во дворе по одному конкретному поводу — свет в подъезде, сломанная скамейка, полив деревьев летом. Конкретный повод собирает людей лучше, чем «давайте познакомимся». Принесите термос с чаем и одноразовые стаканы. Встреча на пятнадцать минут у подъезда — уже собрание, и три имени можно узнать и там.

Если вы арендатор, практика тоже ваша. Голосуют собственники, но живёте в доме вы, и знать соседей вам нужно не меньше. Предупредите хозяина квартиры, что пойдёте послушать, и представьтесь честно: «снимаю в сороковой». Арендатора на собрании часто встречают с интересом: он видит дом свежими глазами и замечает то, к чему старожилы привыкли, — перегоревшую лампочку на третьем этаже, которая не горит с весны, или дерево у подъезда, которое летом никто не поливает.

А если собрание проходит онлайн, в приложении или в чате с голосованием, практика всё равно требует двора. Проголосуйте, а потом выйдите к подъезду в тот вечер, когда люди возвращаются с работы, и поздоровайтесь с первым соседом, который пройдёт мимо. Спросите, как он проголосовал и почему. Пять минут такого разговора у двери дают больше, чем неделя чтения чата: вы узнаете не только мнение, но и голос, интонацию, привычку отвечать коротко или обстоятельно. Онлайн-голосование помогает дому принимать решения, а разговор у подъезда — жить с теми, кто их принял.

Попробуйте вот так

1. Сегодня найдите в домовом чате закреплённое сообщение о ближайшем собрании или спросите, кто председатель ОСИ или старший по дому.

2. В день собрания выйдите во двор за пять минут до начала. Встаньте в круг, не с краю.

3. Во время повестки записывайте не цифры, а людей: кто спокоен, кто горячится, кто молчит.

4. Задайте один вопрос — уточняющий, без претензии.

5. После повестки подойдите к трём соседям, назовите своё имя и квартиру, запишите их имена с номерами.

6. На следующий день поздоровайтесь с одним из них по имени у подъезда.

7. Через месяц решите, пойдёте ли на следующее собрание.

Что останется

Снова суббота, девять утра, пятый этаж. Над головой три коротких очереди перфоратора, пауза, длинная. Вы лежите и думаете: двадцать третья, детская, к Новому году — и вспоминаете её имя. В чате дома всплывает сообщение от «Кв 23»: «Соседи, простите за шум, до обеда закончу». Без капслока. Вы ставите под ним сердечко и впервые за два года не выключаете звук.

Первый шаг: сегодня найдите в домовом чате, когда ближайшее собрание собственников, и запишите дату в календарь.

Эта практика подойдёт вам, если

• вы знаете соседей сверху только по звуку шагов и перфоратора
• в домовом чате вы на беззвучном режиме с первого дня
• вы не понимаете, кто отвечает за лифт, крышу и подвал вашего дома
• вы переехали полгода назад и до сих пор не знаете, как зовут людей на площадке

Маленькие хитрости

1. Запишите имена сразу, с номером квартиры. К третьему собранию это ваша самая ценная записная книжка в доме.
2. Не начинайте с претензии. Первый вопрос — уточняющий: «А кто сейчас отвечает за лифт?»
3. Если спор разгорается — посмотрите, кто молчит. Молчащие соседи обычно самые интересные.
4. Принесите термос с чаем, если собрание во дворе. Чай делает любой спор на десять процентов короче.